Рубрикатор

Патологический мерзавец (16+)

Патологический мерзавец (16+)

Глава 1

Где-то в Кольском… а точнее, в доме Назара Кольского

Мужчина лежал в кровати, рядом с ним с телефоном в руках исследовала просторы интернета девушка сомнительной профессии, иногда поглядывая с ухмылкой на перепуганную горничную, что стояла напротив и нервно моргала.

- Уволена, - произнес спокойным уверенным голосом брюнет с глазами цвета полуденного неба

- Но я же ничего…

- Увы, милочка, я могу уволить даже из-за «ничего». Не повезло тебе. Собирай вещи, водитель отвезет тебя на вокзал.

- Назар Андреевич, пожалуйста, у меня…

- Избавь, избавь, - отмахнулся как от назойливой мухи. - Мне ваши дела холопские совершенно неинтересны. Не забудь только расчет получить. Все, свободна.

И горничная, едва не плача, покинула спальню. Бедняжка ничего плохого не сделала, просто не успела, так как приступила к работе всего-то неделю назад.

- И за что ты ее так, дорогой? – подала голос рыжеволосая девица.

- Не твоего ума дело, шлюха, - и поспешил подняться. – Давай, натягивай тряпки и шевели лапками в направлении выхода. Ночь прошла. Кстати, ты была так себе.

На что она поморщилась, но промолчала. Не положено. Да и гонорара лишаться не хотелось, не зря же всю ночь старалась, теперь что ноги, что руки отваливаются, а уж челюсть как ноет.

Через полчаса Назар Кольский спустился на первый этаж, где вдоль просторного холла в ровную шеренгу выстроился личный персонал. Тут были и повара, и горничные, и садовники, и мастера на все руки, само собой, первым в шеренге стоял управляющий Федор.

- Доброе утро, господин! – раздалось хором.

- Доброе, доброе, - прошелся мимо, осмотрел каждого, - ты, - указал на младшего повара, - смени колпак. А ты, - указал на третью горничную, - ты молодец. Не такая жирная сегодня. Итак, - развернулся к ним лицом, руки заложил за спину. – На семь вечера у меня назначена небольшая вечеринка, соберется всяческий столичный сброд, меню стандартное, тусовка разместится на втором патио.

- Все будет в лучшем виде, – подался вперед Федор.

- И да, - перевел взгляд на мужчину, отчего тот застыл точно хамелеон, - найди новую горничную. Пусть будет истинная славянка, от скандинавок проку никакого, суетится много, выхлопа мало.

- Да, господин, - и незаметно выдохнул. Слава богу, что славянку. С той украинской «скандинавкой» пришлось очень попотеть, чтобы нарисовать ей правдоподобную родословную.

- Тогда за дело, челядь, за дело. За простои я не плачу, - и направился к двери, за которой его дожидалась машина.

Назар Андреевич Кольский - мужчина в самом расцвете лет, обладающий незаурядным умом, большим трудолюбием и крайне отвратительным характером отправился на завод «РосКоль», владельцем которого и являлся. Каждый его день начинался с пробуждения в шесть часов утра, получасовой тренировки в собственном спортзале с личным тренером, затем легкого завтрака, состоящего из ломтика нежирной ветчины, гранолы и омлета из пяти перепелиных яиц, все это Назар запивал чашечкой эспрессо, после чего собирался и уже ехал на работу, минуя всю ту красоту, к которой он приложил руку, а главное, кошелек.

Обычно было именно так, но не сегодня. Сегодня пришлось нарушить привычный распорядок и отправиться на завод без тренировки и завтрака. А все потому, что через сорок минут на предприятие должно было поступить новое оборудование. Столь приятное событие Кольский предпочел не пропускать.

Назар ехал по идеально ровной дороге, что начиналась от его дома, тянулась вдоль всего села Кольское и выходила к трассе. Когда-то это было жуткое место с разбитыми дорогами, отсутствующей инфраструктурой, покосившимися частично брошенными домами и доживающими остаток жизни пенсионерами, а название до чего идиотское было – село ПучкИ или ПУчки, бог его знает. Но теперь это село Кольское, теперь это его собственное государство в государстве. А почему? Да потому что все, что здесь есть сегодня – его личная заслуга.

Шесть лет назад Назар выкупил в десяти километрах от села землю, на которой построил один из первых в стране мусороперерабатывающих заводов. И не просто перерабатывающий, а вырабатывающий электроэнергию. Это стало настоящим ноу-хау! Дальше надо было думать, где жить, ибо  свежепостроенное детище требовало постоянного контроля. И Назар обратил внимание на Пучки. Когда нога Кольского ступила на землю села, оно преобразилось. Не сразу, конечно.

Началось преображение с возведения личной резиденции столичного олигарха. Три года люди терпели бесконечные тяжеловозы, которые возили в самую дальнюю часть села стройматериалы, а также с завистью наблюдали, как дворец богача растет, аки на дрожжах. И вырос тот вверх на четыре этажа, а вширь раскинулся на западное и восточное крыло, заняв под собой площадь размером в третью часть Пучков. На этом Назар не остановился, до того ему понравилось менять свою жизнь к лучшему, что изменения эти распространились на всех.

Первым делом Кольский сменил название села, ибо от Пучков его откровенно тошнило. Над новым названием он долго не думал, то лежало на поверхности и обоснования не требовало. Кто тут босс, тот и король. Тем более против высказаться никто не осмелился. Дальше Назар протянул к селу линии электропередач от своего завода, и теперь жители платили за электроэнергию меньше, но напрямую ему. Со временем в Кольском появилось все, что необходимо для нормальной жизни – магазины, школа, детский сад, пункты самовывоза самых крупных интернет-магазинов, почтовое и банковское отделения, не говоря уже о таких серьезных благах, как водоснабжение, канализация и интернет.

Довольно скоро люди начали возвращаться в родное село и, конечно же, многие шли работать на завод олигарха. Прибывали и новые лица, желающие тихой размеренной жизни, что называется поближе к природе. Первое время коренные сельчане принимали новоселов с большой неохотой и недоверием, но скоро смирились.

Однако весь парадокс состоял в том, что люди ненавидели Кольского лютой ненавистью, несмотря на то, что он сделал. Ненавидели и боялись, потому предпочитали с ним лишний раз не пересекаться.

- Назар Андреевич, - подбежал к машине секретарь, когда та остановилась, - доброе утро! Поставщик отзвонился, груз в пути.

- Он должен быть уже на подъезде, а не в пути, - окинул взором свои владения.

Кольский всегда считал себя городским жителем, земля его не влекла, не привлекала, однако после некоторых событий в личной жизни мировоззрение коренным образом изменилось. Великой любовью к загородной жизни он, конечно, не воспылал, но провел анализ, сопоставил факты, и понял, что именно такой вариант для него на данный момент наиболее приемлемый. А уж когда построился и поставил всех местных на счетчик, то и вовсе почувствовал себя как дома. Руководить людьми – это его истинное призвание! Ведь стаду нужен пастух.

- Я сейчас еще раз с ними свяжусь.

- Свяжись и скажи, что если не приедут через десять минут, я оплачу только половину стоимости. Для компашки, которая сидит на коротком поводке у государства и сбывает свое добро по себестоимости, это будет ударом.

Назар поднялся в кабинет, расположившийся в отдельном административном здании, выполненном из синего стекла, прошел к окну и уставился на свое детище. Махина работала сутки напролет без отдыха, словно огромный живой организм, она перерабатывала людское дерьмо, а выдавала ресурс куда более ценный, который в скором времени заменит нефть. Еще несколько таких заводов, хотя бы три, и он станет лидером, его никто не сможет потеснить.

- Вот-вот будут, - вбежал в кабинет взмыленный секретарь. – Они очень извиняются, готовы предоставить вам не три года, а шесть лет бесплатного обслуживания. Лишь бы вы оплатили полную стоимость.

- Ну, где шесть лет, там и последующая замена старого оборудования на новое. Соглашайся.

Главное, чтобы его завод работал как часы, чтобы наращивал мощности. Мусора много, бесконечно много, полигоны переполнены, рытье новых, конечно, дешевле, но уж очень неприлично в нынешнее время, когда каждый недоразвитый подросток орет о погибающей планете.  

Кольский расстегнул пиджак, после чего опустился в кресло. Вечером опять будет толпа жаждущих халявного веселья. Но среди этого беспечного мусора будут и нужные персонажи – журналисты, а пиар дело такое – необходимое.

И снова пожаловал секретарь с улыбкой от уха до уха.

- Приехали! - вытянулся в струнку.

- И что стоишь, глаза вытаращил? Бери завхоза, парней и иди, принимай.

- Слушаюсь!

Глава 2

Тем же днем в одной из московских пятиэтажек…

Вечером…

- Ты где опять шлялась? – мужчина стоял в дверном проеме и смотрел на перепуганную жену, которая даже не знала, что ему ответить, все равно не поверит.

- Дим, я с дошколятами занималась. Я же тебе говорила, у меня два раза в неделю подготовительные, - произнесла как можно спокойнее.

- Нихрена ты мне не говорила, - засунул руки в карманы, набычился, - я вернулся домой и что? Жрать нечего, мои рубашки так и лежат не глаженые.

- Сейчас приготовлю и рубашки поглажу. У меня тоже работа, вообще-то, - и тотчас прикусила язык, осознав, что ляпнула лишнего.

- Ах, у тебя работа. Вот как, значит. Ты у нас такая охрененно важная, занятая. Только где же тогда бабки за эту работу? Кто за хату платит? Кто еду покупает? Кто тебе дает на тряпки и салоны красоты? Я батрачу с утра до вечера. И всего-то хочу прийти домой и увидеть к себе – начал бить себя в грудь, - заслуженного уважения. Но что я вижу? Моя жена является домой позже меня и вместо того, чтобы сказать: «Извини, Дима, я больше никогда так не буду делать, потому что люблю тебя», заявляет, что, твою мать, она тоже работает!

- Извини меня, - опустила взгляд, - я буду стараться приходить домой вовремя.

- Ты еще как будешь приходить вовремя, иначе, - в тот же миг со всей силы ударил кулаком по двери, отчего в полотне появилась вмятина, - и я не шучу, Саша.

Девушка вздрогнула, зажмурилась.

- То-то же… - и ушел в ванную.

А Саша сорвалась с места, заметалась было по комнате, не понимая, за что хвататься в первую очередь, но потом кое-как взяла себя в руки и направилась в кухню. Сначала ужин! Он когда голодный, особенно злой. Да и приготовила бы она, если бы не задержалась. Увы, так получилось. Новый учебный год не за горами, плюс возросшая нагрузка на учителей, и рада бы она приходить домой вовремя, но раз на раз не приходится. Правда, мужу об этом говорить бесполезно. У него сразу одно на уме – она где-то с кем-то изменяет.

Они поженились всего полгода назад, до этого встречались год. Дима до свадьбы был милым, заботливым, да, проскальзывали нотки ревности, однако в целом все было без перегибов. А как только расписались, пошли странности. Его будто подменили. Но ведь так не бывает! Чтобы человек изменился буквально в одночасье. Или бывает?

У плиты простояла до самой ночи, постаралась приготовить побольше. И пока муж ужинал, побежала гладить рубашки. Вдруг телефон пиликнул сообщением. Не прошло и минуты, как Дима оказался у Саши за спиной:

- Это кто? – обдал затылок горячим дыханием. 

- Не знаю, - покосилась на экран телефона, увы, тот уже погас.

На что он взял телефон и зачитал:

- Завтра в то же время или можно пораньше? Васильев П. Как объяснишь? – резким движением развернул к себе жену. – М-м? В двенадцать ночи. Васильев П. Отвечай! – заорал так, что у нее уши заложило.

- Наверно отец одного из детей, - пробормотала трясущимися губами.

- Правда? В полночь пишет училке? Спрашивает, можно ли повторить, но пораньше? Ты меня за дурака держишь?! – схватил ее за горло.

- Дима, я правду говорю. Клянусь, мне скрывать нечего, - ощутила спиной жар от утюга, а муж все напирал и напирал. – Пожалуйста, перестань. Давай спокойно поговорим.

- О чем говорить, а? О чем, когда моя жена раздвигает ноги перед всеми подряд? – и толкнул.

Сейчас же Саша взвизгнула, прижавшись спиной к раскаленной поверхности утюга.

- Пусти! Мне больно!

- А мне не больно, дрянь?! Мне не больно?! – и швырнул ее на пол, следом полетела и гладильная доска. – Я с тобой еще разберусь! И с хахалем твоим!

Спустя пару минут входная дверь за ним захлопнулась, а Саша скорее подняла утюг, вытащила вилку из розетки. Такого еще не было! Да, Дима ругался, даже угрозами сыпал, но чтобы так! И тотчас застонала от боли, кожу немыслимо жгло, будто кусок живьем содрали.

Девушка поднялась и застыла в растерянности. Что делать? Сейчас он за горло схватил, из-за чего она обожглась, а дальше? Задушит в порыве гнева? Или забьет до смерти? Ведь даже разобраться не попытался. Только вот сидеть и ждать, что будет дальше, не хотелось совершенно. И становится жертвой домашнего насилия тоже. Да и остались ли чувства к этому человеку? Все шесть месяцев она живет словно на вулкане, того и гляди рванет. Домой идет, боится, в квартиру заходит, начинает откровенно трястись. И лишь одно крутится в голове – как бы не ошибиться, не разозлить. Ну и в постели… в постели то же самое, лишь бы не показаться недовольной. Если муж заметит хоть что-то, он не подумает на себя, он тут же обвинит ее, мол, где-то с кем-то ей наверняка лучше. Нет, это не та жизнь, о которой она мечтала. А сегодняшний случай говорит об одном – пора бежать.

А когда бежать? Прямо сейчас? Саша принялась искать глазами свой джинсовый рюкзачок, с которым не расстается вот уже лет десять. Там у нее все самое важное – паспорт, зарплатная карта, кое-какая наличность и главное, документы с ключами от дома тети, которые хранятся в потайном отсеке на всякий случай. Домик в селе Пучки перешел к ней по наследству всего-то три месяца назад, она и не была там еще ни разу с момента окончания школы. Тетя последние несколько лет жила в городе к врачам поближе, а дом вроде собиралась одно время продать, но так и не продала - оставила племяннице. Саша решила сохранить наследство в секрете, поскольку поведение мужа давно наводило на неутешительные мысли. И, кажется, настало время посетить Пучки… Когда-то в далеком детстве она ездила к тете в село на каникулы и ей там нравилось, тогда как мама всегда кривилась и называла Пучки грязной дырой.

Девушка следом за рюкзаком, куда добросала остальные документы, взялась за сумку. Вещи собрала быстро, ибо не выбирала, что брать – засовывала все подряд. Но если Дима вернется сейчас, ей конец. К счастью, квартиру удалось покинуть до возвращения мужа, он, скорее всего, отправился к матери, которая жила в соседнем доме. Увы, это даже хуже, чем, если бы он просто напился. После каждого похода к свекрови, Дима приходил домой еще более злым. Карина Ивановна недолюбливала невестку, все-то ей казалось, что сын совершил ошибку, тогда как жениться надо было на другой девочке, на какой именно никогда ею не уточнялось.

Выбежав из дома, Саша отправилась пешком к метро. Благо, то располагалось в пяти минутах ходьбы. А уже там вызвала такси. Однако, посмотрев по карте расстояние от Москвы до Пучков, ужаснулась. Во-первых, не нашла этих самых Пучков, лишь спустя несколько минут изучения интернета, узнала, что у села сменилось название на Кольское. Во-вторых, посмотрела на цифры - двести тридцать километров! Она и забыть успела, что село так далеко. Но какая уже разница. Деваться ей все равно некуда. Мама с отчимом продали все и перебрались жить в Болгарию, где начали свой бизнес и сейчас у них хлопот полон рот, родной отец уехал на историческую родину в Беларусь три года назад, с того момента от него никаких новостей.

- Отвезите в Кольское, пожалуйста, - запихнула сумку в салон, затем села сама.

- Это вам в копеечку влетит, - водитель явно не хотел пилить в такую даль, - может, вам на электричке лучше? А главное, дешевле. Я-то отвезу, но стоить будет десятку как минимум. Оно вам надо? А так доброшу до вокзала за шестьсот рублей.

- Ничего себе. Ладно, давайте на вокзал.

Такую сумму тратить на дорогу было бы глупо. Не в ее положении сейчас разбрасываться деньгами. Доберется и на электричке. Эх, еще ведь с работой что-то надо решать. Но ничего, решит. Работа, городская жизнь, брошенные вещи, все это не стоит переломанных костей и ожогов. А спину продолжало драть, она и не посмотрела даже, что у нее там. Вроде в Пучках, то есть, в Кольском был фельдшерский пункт.

ЧИТАТЬ ПРОДОЛЖЕНИЕ НА ЛИТРЕС
20.01.2021 22:04

Комментарии

Нет комментариев. Ваш будет первым!